Оборона и падение Москвы 1382 г.

Оборона и падение Москвы 1382 г.

  Победа на Куликовом поле изменила военно-политическую ситуацию на Руси, но не привела к избавлению от набегов и поборов. На месте орды Мамая было образовано новое государство во главе с чингизидом Тохтамышем. После того как он возвестил о своем воцарении в Золотой Орде, русские князья послали к нему послов с подарками. Но Тохтамыш желал восстановления ханской власти в полном объеме и после поражения "узурпатора Мамая" желал восстановить пошатнувшийся воинский престиж Орды.

  В мае 1382 года войска Тохтамыша переправились через Волгу и вторглись в пределы русских княжеств. Нижегородский и Рязанский князья, чьи уделы при вторжениях немедленно становились заложниками покорности, послали Тохтамышу богатые подарки и иные выражения признания ханской власти. "Отложился" от недавнего союза и Тверской князь. Вскоре Тохтамыш переправился через Оку и взял Серпухов. Дмитрий Иванович Донской, не имевший после недавней тяжелой битвы большого профессионального войска, с дружиной вынужден был уйти из Москвы в Кострому, надеясь на успешное "осадное сиденье" в "белом городе" небольшого гарнизона и жителей. После отхода Великого князя в Москве произошел бунт, наступило безвластие. Митрополит Киприан и Великая княгиня с княжескими детьми с трудом смогли уехать из поставленного в осаду города. Бегство митрополита отрицательно сказалось на положении в городе, впоследствии Великий князь открыто высказал ему это и отправил прочь – в Киев. Торговые склады и дома богатых людей были разграблены, в городе воцарилось пьянство…

  23 августа монголо-татарские разъезды появились у стен Москвы. Жители встречали их со стен бранью и насмешками. Получив ответ, что "князя во граде нет", разъезды скрылись в обступавших Москву лесах. Жители города, решив, что подобный эффект произвели высокие стены кремля и выстрелы новых тогда "тюфяков", праздновали победу. Каково же было удивление большинства из них, когда утром 24 августа они увидели, что со всех сторон город обступило ханское войско, а согнанные из ближайших деревень крестьяне ладят из бревен осадные стены. Надо сказать, что огнестрельные орудия заставили татар внести поправку в осадные работы. Если раньше осаждающие располагались от стен в 150-200 м, то теперь это расстояние пришлось почти удвоить.

  Многие специалисты по истории оружия считают, что впервые огнестрельное оружие – "тюфяки" – было применено на Руси именно при осаде Москвы Тохтамышем.

  Москвичи вели себя беспечно и вызывающе. На стенах стрелами были убиты десятки обороняющихся. Несли урон и осаждающие. Суконник Адам, выстрелив с Фроловской (Спасской) башни из самострела (арбалета) в толпу ордынцев, убил знатного "татарина", хорошего знакомца самого хана.

  На следующий день группа богато одетых всадников неспешно приблизилась к стенам. Хан затеял переговоры. Непонятно на что рассчитывали жители (можно предположить, что, как и раньше, при развязывании бунта, сыграли свою роль внедренные за стены Москвы провокаторы), но, поддавшись на уговоры, 26 августа, со священниками и подарками, раскрыв ворота, они вышли за стены.

  …С попытками организованного сопротивления было покончено в течение получаса. Татарские конные сотни ворвались в город, другие заклинили ворота, чтобы те невозможно было закрыть, раскрыли ворота еще запертые. Тысячи пеших воинов устремились на стены: здесь, в коротком, но жарком бою, пали безымянные защитники Москвы. Многие жители искали спасения в церквях, но Тохтамыш, озлобленный потерями и вызывающим поведением москвичей, велел поджечь церкви.

  В церквях сгорели десятки тысяч древних книг и летописей – одна из причин того, что наша история неполна. Ведь тысячи древнейших первоисточников, сосредоточенные в городах, сгорели в годы монголо-татарского ига.

  С жителями сданного города обошлись предельно жестоко: многие были убиты, тысячи угнаны в рабство. По словам одного из летописцев, по возвращении в город князь платил могильщикам по 1 рублю за 80 погребенных тел, а всего выплатил 300 рублей. По этим сведениям, похоронили 24 тысячи человек.

  Вернувшись, Дмитрий Иванович "собирал" сожженную Москву, пользуясь "уважением" хана Тохтамыша, продолжавшего считать его своим "улусником", воевал с Олегом Рязанским, устраивал отношения с Тверью и Новгородом.

  Сожжение Москвы, гибель тысяч жителей тяжким камнем легли на сердце Великого князя Дмитрия Донского. Он умер в еще не отстроенной, сирой Москве в неполные 39 лет 19 мая 1389 года.

автор статьи Н. Бодрихин

в раздел

Оборона и падение Москвы 1382 г.

Поделиться: