Георгий Акрополит: Хроника

  Выходец из состоятельной константинопольской семьи, Георгий Акрополит (ок. 1217-1282) провел всю свою сознательную жизнь при императорском дворе — сначала в Никее, где после IV Крестового похода и завоевания столицы находилось “правительство в изгнании”, затем — в Константинополе. Воспитанный у Феодора Гексаптерига, позднее он получил философское образование, пожалуй, у самого лучшего учителя той поры — Никифора Влеммида, занимаясь у него совместно с будущим императором Феодором II Ласкарем. Проведя практически всю свою жизнь при никейском дворе, при этом неоднократно участвуя в императорских кампаниях, возглавляя посольства в Болгарию, Лион, Трапезунд, командуя, правда, неудачно, войсками василевса в борьбе с эпирским деспотом Михаилом II, этот образованнейший ученый, ритор и богослов дослужился при Феодоре II Ласкаре до титула великого логофета.

  Никейский чиновник и литератор, подобно Михаилу Пселлу, был в центре событий, описанных им в его “Хронике” (или “Истории”), охватившей период между 1203 и 1261 гг. Это произведение отмечено прежде всего программной точностью и рационализмом истолкования событий, что сказывается и в детальной датировке наиболее важных моментов, таких как взятие Константинополя крестоносцами или возвращение столицы под власть василевса. Рационалистическая краткость в изображении исторических событий подчеркивается сознательной лаконичностью повествования.

  Мироощущению историка сродни прямо и неоднократно выраженное в “Хронике” понимание шаткости, нестабильности внешнеполитического положения государства по всем направлениям. Так, дословно передается мысль послов иконийского султана, что “если мусульмане погибнут за “тахар” [татар], то это откроет беспрепятственный вход врагам и в области римские”; неспокойно и в отвоеванных у куман Иоанном Дукой Ватацем землях Болгарии.

  Историческая мысль в “Хронике” Георгия Акрополита в значительной мере утрачивает иллюзии избранности единственной державы ойкумены — империи ромеев. Отличительной чертой политического развития после 1204 г. становится “многовластие”: “Так как в то время везде дела делались по-своему по причине многовластия, то естественно, что и наша история должна разбегаться по разным сторонам”. Плюрализмом отмечена и идея императорской власти: императором сплошь и рядом называется не только византийский василевс, но и болгарский царь, и латинский правитель Константинополя, а церемониал встречи василевса с турецким султаном весь под пером историка представлен как встреча равных политических фигур.

  Свойственное Акрополиту стремление к объективности изложения приводит к значительному ограничению идеи “ромеопентризма” в оценке исторических событий.

  Эрудитский историзм Георгия Акрополита представляется непосредственным предшественником мировосприятия периода так называемого Палеологовского возрождения.

  Сведения о Восточной Европе “Хроники” Георгия Акрополита касаются русских князей, правивших или (и) живших в Чернигове, Галиче, Киеве, а также половцев, вытесняемых в Подунавье татаро-монголами, и русской беглой вольницы, осевшей там же. У Акрополита впервые в византийской традиции встречаются подробные рассказы о передвижении татаро-монголов в Европу, на Русь.

  ”Эпитафия императору Иоанну Дуке” посвящена смерти Иоанна III Дуки Ватаца 3 ноября 1254 г. и прочитана сразу после его погребения 9 ноября. В ней сообщается о вторжении на Балканы половцев, изгнанных из южнорусских степей под натиском татаро-монголов.

  Издание: Georgii Acropolitae Opera / Rec. A. Heisenberg, ed. corr. P. Wirth. Stuttgart, 1979. Vol. 1-2.

  Перевод: Георгий Акрополит. История / Пер., вст. ст. и комм.
П.И. Жаворонкова. СПб., 2005.

  Литература: Heisenberg 1900. Bd. 2. Hft. 4. S. 463-558; Heisenberg 1900a. Bd. 36. S. 657-679; Ников 1919; Пашуто 1968. С. 300-301; ИБИ. 1971. Т. XV. С. 150-213; Златарски 1972. Т. 3. С. 456-466; Moravcsik. ВТ. I. S. 266-268.

ХРОНИКА

(“История”)

  Когда у императора Исаака, правившего в Константинополе, умерла супруга, он взял в жены, как говорилось, венгерку, дочь венгерского государя1. А поскольку он пожелал устроить свадьбу, — а она была царской, — то счел нужным сделать и достойные ее расходы. Поэтому со всей империи ромеев собирались овцы, свиньи и быки. А так как больше других выращивает их земля болгар2, то от них и потребовали больше всего. Племя же болгар, с самого начала бывшее враждебным ромеям, оказалось для них в течение многих лет виновником большого числа войн, пленения людей, захвата городов и других бесчисленных бедствий, пока, наконец, не было покорено императором Василием3, которого за это назвали Болгаробойцей. И вплоть до императора Исаака [этот] народ платил подать ромеям4, но в связи с таким налогом поднял мятеж5. Восстал некто по имени Асань и сделался царем страны6, подчинив себе все земли внутри Гема7 до Истра8. Вследствие этого на ромеев обрушились большие неприятности. Ибо болгары, имея союзником скифов9, наносили много вреда державе ромеев. Поэтому император Исаак, вынужденный собрать все войско ромеев, отправился против них10. Пройдя берегом моря по дороге, ведущей через город Месемврию11, он прибыл в пределы Гема. Асань вместе со своим войском прибыл в городок под названием Стринав12. Император Исаак разбил там же лагерь и осадил болгар, но попался на их военную хитрость.

  Кто-то из болгар под видом перебежчика прибыл к императору и сообщил ему [о готовящемся] нападении скифов, и тот, устрашенный [этим] сообщением, снялся с места, хотя этот городок уже на следующий день собирался сдаться. Он ушел не по той дороге, по которой пришел, а, обманутый болгарином, решил пойти самым кратчайшим путем13. Но при проходе какого-то ущелья14 на него напали болгары, разгромили всю его армию15 и захватили все снаряжение войска, а также вещи самого императора. Множество ромеев пало, а те совсем немногие, что спаслись вместе с императором, оказались без доспехов. А народ болгар с этого времени кичился тем, что захватил у ромеев такую большую добычу, а также драгоценные предметы из знаков императорского достоинства. Ибо им достались высокие шапки16 императора, фиалы знатных мужей, множество денег и даже сам императорский крест. Они нашли его вскоре в реке, куда он был брошен кем-то из священников. Крест был сделан из золота, заключал посередине вырезанный в форме креста [кусочек] священного Древа, на котором был распят Владыка Христос, а кроме того, имел множество маленьких ларцов, в которых хранились мощи прославленных мучеников, молоко Богоматери, кусочек Ее пояса и многое другое, относящееся к святым вещам. А император Исаак вернулся в Константинополь, словно беглец…

  Этот Иоанн, после того как стал царем болгар, оказался виновником многих несчастий [не только] ромеев, но по счастливой случайности и италийцев. Ибо он был царем болгар тогда, когда Константинополь был захвачен [латинянами]. После того как италийцы подчинили своей власти всю территорию Македонии17 (тогда в Константинополе правил ими император Балдуин), они известили город Адрианополь18, чтобы он подчинился их власти. А царю болгар Иоанну еще раньше уцалось захватить Филиппополь19 и взять в плен большое число ромеев. Когда же жители Адрианополя не захотели подчиниться италийцам, то последние выступили против них вместе со своим императором Балдуином и наместником дожа Венеции20 в Константинополе. Приведенные в немалое затруднение жители Адрианополя обращаются к царю болгар Иоанну, чтобы он объединился с ними и защитил от ожидаемой опасности. Он с удовольствием принял это [предложение] и, взяв с собой скифов, задумал одержать верх с помощью хитростей, так как не надеялся победить латинян открыто. И вот, находясь где-то далеко от Адрианополя, он посылает против италийцев скифов, чтобы применить против них скифское военное искусство21. Италийцы обычно ездят на высокорослых лошадях и защищены с головы до ног тяжелыми доспехами, а поэтому не спеша бросаются на врагов; скифы же, вооруженные более легко, быстрее нападают на неприятеля. Не знавшие этого италийцы были разбиты и побеждены22 военной хитростью, так что и сам их император Балдуин попал в плен и был приведен связанным к царю болгар Иоанну23

  Дойдя до самой Фессалоники24, он умер здесь от плеврита25, но некоторые говорили, что смерть его произошла от Божьего гнева. Ибо ему во сне явился вооруженный муж26, подошел к нему и ударил копьем в бок. Действительно, никогда никто ромеям не приносил такого несчастья, как он, почему и получил прозвище “собака”: все называли его Скилоиоанн [собака-Иоанн]. Ибо, склонив на свою сторону племя скифов, соединившись с ними родственными узами27 и усвоив характер их звериной природы, он наслаждался убийствами ромеев. Как только он умер, правителем болгар стал сын его сестры, по имени Борил28, который взял в жены [свою] тетку-скифянку29. А сына Асаня Иоанна, о котором я говорил и который был еще юн, кто-то тайно забрал и отправил к скифам30. Таковы были дела у болгар. После этих событий речь пойдет о наишх делах…

  И снова речь пойдет о делах болгар. Первый царь болгар Асань имел двух сыновей: Иоанна и Александра31. Коща в Болгарии воцарился вышеупомянутый Борил, сын Асаня Иоанн, предпочтя изгнание, ушел в страну росов, прожил там довольно долго32 и, собрав вокруг себя некоторых беглецов росов33, потребовал отцовского наследства, а затем сразился с Борилом, победил его и стал владеть значительной территорией. Борил же затворился в Триново и в течение семи лет выдерживал осаду34. Когда же его сторонники сильно устали, они перешли на сторону Иоанна Асаня. А Борил, попытавшись бежать, был схвачен и ослеплен Иоанном. Таким образом, Иоанн стал владеть всей страной болгар. Таковы были дела в Болгарии.

  Однако Феодор Ангел35 разорвал союз с Иоанном Асанем, так как был человеком дерзким и непостоянным не только в делах царских, но вообще во всех общественных делах, часто нарушал клятвы и договоры с соседями. Он пошел против болгар, собрав большое войско, состоящее из ромеев и италийцев. Пройдя мимо Адрианополя, он направился вверх по Гебру, ища [случай] сразиться с болгарами. Нашел же он свою погибель, ибо думал, что болгары испугаются и совсем не выдержат даже одного натиска его войска. Однако болгары так не [думали]. Иоанн Асань, ободренный клятвопреступлением и нарушением договоров Феодором Ангелом больше, чем своими силами, взяв от скифов небольшое вспомогательное войско (счет не шел на тысячи) и повесив, как некоторые говорили, на знамени письменную клятву Феодора, более уверенным отправился на битву. Войска сошлись около Гебра в одном месте, называемом Клокотиницей. И если говорить совсем кратко, то Феодор был разбит силами болгар и скифов36, пленен сам, а также немало его родственников, высших должностных лиц и избранных особ. И все их имущество досталось болгарам…

  Около этого времени и племя скифов, после того как татары напали на них37, а скорее те из них, которые избежали меча, переправившись на бурдюках через Истр, пересекли вместе с детьми и женами Гемм, вопреки желанию болгар, — ибо их было много тысяч, — и заняли земли Македонии. Одни разбили пастбища около Гебра и на тамошних равнинах, другие — в нижерасположенных районах и по реке, которая на местном наречии, как мы говорили, называется Марица. Ибо в действительности это — Гебр, который течет до города Энос38, а затем [разделяется] на рукава и впадает в Эгейское море. Так как в него впадают и другие реки, делая многоводным, то он имеет разные названия у проживающих там жителей. Они разграбили все земли в Македонии и за короткое время обезлюдили всю область и превратили ее, как говорит пословица, в скифскую пустыню, а также захватили некоторые из городков, которые были слабо укреплены. Многих убили, остальных ограбили, пленили и продали в большие города, такие как Адрианополь, Дидимотих, Виза, Каллиуполь39. И если где-то было по-иному, значит такой город был хорошо защищен крепкими стенами и охранялся множеством жителей.

  Болгары же, не обращая внимания на договоры с ромеями, дали франкам возможность перейти свои границы, делая вид, что их силой заставили разрешить проход. И город Цурул снова был взят напавшими на него латинянами и соединившимися с ними скифами40. Защищал его Иоанн Петралнфа, пожалованный императором Иоанном в великие хартуларии, человек мужественный в бою и с детства обучавшийся военным делам. Однако, окруженный неисчислимым количеством латинского и скифского войска, а также множеством стенобитных машин, он сдал этот город италийцам41. Правда, некоторые говорили, что некие люди тайно замышляли измену, и поэтому он боялся внезапного взятия [города]. Таким образом, латиняне овладели Цурулом…

  После того как умер болгарин Асань и государством болгар стал править мальчик, император Иоанн, пользуясь случаем, задумал лишить Иоанна, сына Ангела42, носимого им императорского титула. Прежде всего он привлекает посланиями на свою сторону отца его Феодора. И, конечно, тот, неожиданно оказавшийся у руля государства, совсем не думал, что с ним может что-то случиться, и прибыл к императору Иоанну. Последний принял его радушно и окружил почестями, называя своим дядей, сажал рядом с собой за стол и оказывал другие знаки внимания. Когда же он оказался в его руках, то император присоединил к своим ромейским силам испытанное в боях войско из скифов (ибо император Иоанн недавно подарками и разными благодеяниями привлек их на свою сторону, смягчил дикие нравы, вывел из Македонии и переселил в восточные области43); а потому, смело полагаясь на них и не ожидая ничего плохого со стороны болгар как вследствие заключенного договора, так и потому, что болгарами управлял мальчик, двинулся с Востока и, переправившись чрез Геллеспонт, отправился в поход44 с ромейским и скифским войсками против Иоанна, называемого императором Фессалоники…

  Прошло немного дней, и тахары45 выступили против мусульман, сразились с ними и победили46. Это известие раньше всех дошло до императора, так как было отправлено его сыном императором Феодором47, которого он оставил в областях Пиг48.

  Когда, как мы упоминали, войско тахар разбило мусульман, ими правил султан по имени Ятатин49, сын султана Азатина50, из доброго государя превратившийся в дурного. Ибо он находил удовольствие только в пьянстве, в чувственных наслаждениях, в неслыханном и чудовищном разврате и вообще всегда общался с людишками, не имеющими ни разума, ни человеческой природы. Отец его не был таким, хотя, конечно, тоже платил дань чувственным наслаждениям, но умеренно, а поэтому лучше своих предшественников вел дела военные и был дружески расположен к императору. А этот обильно пожинал плоды удовольствий. Попытался сразиться с тахарами, но был разбит.

  Ибо император Иоанн, пользуясь благоприятным в то время моментом, когда, как мы сказали, племя тахар было занято другими народами и отложило на время борьбу с султаном Икония (оно совершало поход против Вавилона51 и близлежащих окрестностей этого города, правителя которого мусульмане обычно называют халифом), переправился в начале лета через Геллеспонт, оставив на востоке своего сына Феодора…

  Это происходило, когда лето уже закончилось, да и осень подходила к концу52. Но не думая о времени года и не предвидя суровости зимы, — ибо он стремился удовлетворить только собственное желание, император двинул все войско из Адрианополя, приказав собрать большое число повозок со всех районов Македонии и доставить на одних метательные машины и стенобитные орудия, а на других привезти провиант войска. Кроме того, он повелел собрать вместе огромное количество пеших воинов, лучников и коринофоров53

  Когда же он все хорошо снарядил по-своему и как хотел, то, выступив из Адрианополя, пошел к Цепене. Войско прошло [только] четыре стоянки, как в месте, которое называется Макроливада54 (впервые увидевшие его очень удачно дали название), на них обрушилась ужасная непогода. Начавшись вечером, за ночь холод и порывы ветра усилились настолько, что поверхность земли покрылась толстым слоем снега, и на рассвете император оказался в большом затруднении. Это место было необитаемо, и враги находились близко; к тому же не меньше угнетала и ожидаемая нехватка необходимых припасов, что было более страшным для войска. Приведенный в такое затруднение, он собрал на совет военачальников войска не только из ромеев, но также и из латинян и скифов55, и спрашивал их, что нужно делать. Почти все они советовали возвратиться в Адрианополь…

  Отправив посольство и узнав, что правитель персов56 не имеет неприятностей от тахар, он прямо с востока отправился на запад. Ибо он полагал, что если в державе персидского правителя [все] благополучно и она находится вне опасности, то и его державе совершенно [ничего] не угрожает с востока.

  Когда царь болгар57 узнал, что василевс ушел далеко, то, пригласив себе на помощь скифское войско, послал его в пределы Македонии58 ради грабежа и некоторого устрашения ромеев. Как говорили местные скифы, войско насчитывало где-то около четырех тысяч человек. Правда, одни считали, что их было больше, другие — что меньше. Скифы, пройдя мимо Адрианополя, разорили земли около реки под названием Регина59 и разграбили окрестности Дидимотиха. Вышеназванные же военачальники60 оставленного у Дидимотиха отряда забыли приказ императора и, вооружившись, устремились на скифов. Ромеи, согласно своему обычаю, были одеты в тяжелые доспехи, скифы же были легко вооружены и применяли лук со стрелами. Они издалека метали в ромеев стрелы, ранили лошадей и легко превращали конных воинов в пеших и, наконец, обратили в бегство. Мануил Ласкарь, имея очень быстрого коня, которого за это называли “Златоногим”, беглецом явился в Адрианополь. Константин же Маргарита был взят в плен, а вместе с ним и многие другие из поставленных во главе отряда, и скифы их продали болгарам. Император, узнав об этом печальном событии, был огорчен и поспешил как можно быстрее прибыть в район Булгарофига61, а потом перешел на марш и сделал движение [войска] более стремительным. Когда же разведчики донесли, что скифское войско находится близко, и сообщили, что скифы там кочуют, то и он направил туда все войско. За один день он прошел более 400 стадий62, но не настиг их, так как они узнали о форсированном марше императора и убежали со всех ног, хотя многие из них и даже знатные родом сделались жертвою меча где-то в области Визы. Потерпев неудачу в этом предприятии, василевс разбил лагерь около реки, которая называлась Регина, и собрал там все свое огромное войско.

  Царь же болгар, не имея возможности предпринять что-нибудь против ромеев, когда император с таким войском находился на западе и приближался к его государству, склонился к заключению договора и решил использовать посредником в переговорах о мире роса Ура63, своего тестя64 и зятя короля Венгрии65. Прежде всего он отправил к императору послов, чтобы они заранее подготовили безопасный приезд к нему Ура и чтобы он с почетом был принят василевсом. Так и было сделано, и Ур отправился к императору. Принятый с большой радостью и с подобающей честью66 самодержцем — как он сам, так и его окружение, — он заключил мир, дав клятву от своего имени и от имени своего зятя, царя болгар, в том, что крепость Цепена будет отдана императору, — ибо только она была под властью болгар из тех крепостей, которыми владел император Иоанн67, — а василевс — что он живет в мире с болгарами, и каждая из сторон довольствуется прежними границами68. Когда таким образом это закончилось, согласно замыслу императора, Ур, попрощавшись, ушел, одаренный царскими милостями: количество всех одновременно увезенных вещей — лошадей, тканей и остального — доходило до 20 тысяч.

  Он приехал на привычное место; избранные из его окружения лица стали вокруг него (подъехав, я присоединился к ним), и все мы стояли по кругу. Император и говорит: “Знаете ли вы недавно полученные нами известия?” — “Нет, государь, не знаем”. Император: “Некий человек, недавно прибывший, сообщил одну из неприятных вестей: якобы рос Ур обманул нас. Ибо, прибыв сюда ради выгоды, он был неверным посредником [при заключении] мира и дал ложную клятву. Обман был во всем, что он делал. И, как говорят, у него удобное оправдание нарушения клятв, потому что царь болгар, его зять, не принимает мира на таких условиях. Как вам кажется? Правда это или вымышленная речь лжеца?” Мы отвечали: “Нам кажется, что известие недостоверно, поскольку это был, конечно, лжец и не заслуживающий доверия [человек], потому что рос Ур не только за самого себя давал клятву, но и за зятя своего, болгарского царя. Разве может быть, чтобы христианин пал до такого клятвопреступления?” Император: “Вероятно, страсть к деньгам соблазнила его пойти на такое злодеяние, а мы не только не имеем мира с болгарами, но еще и бесполезно потратили такие средства”. — “Нет, госуцарь,— сказали мы,— это не может быть правдой”. После этого император [обратился] лично ко мне: “А ты что скажешь об этом?” — “В этом вопросе,— отвечал я,— я думаю так же, как и остальные, и полагаю, что в сказанном намного больше лжи, чем правды. Если же (такое иногда случается с некоторыми) Ур решил нарушить клятвы и задумал Обмануть нас, то его противником будет Бог, наш защитник за нашу правдивость и справедливость”. Так говорили мы, и император согласился с нашими речами.

  Доведя историческое повествование до этого события, мы, поскольку это необходимо, должны рассказать о нем более подробно, ибо случившееся во время бегства с Михаилом Комнином69 заслуживает обстоятельного рассказа. Итак, когда он прибыл к жилищам туркоманов70 (этот народ охранял дальние границы персов, питал непримиримую ненависть к ромеям, находил удовольствие в грабежах их [земель] и радовался военной добыче, особенно когда государство персов стало неустойчивым и сотрясалось нашествиями тахар), то они встретили Михаила Комнина как неожиданную удачу71; с жадными глазами они набросились на его имущество и разграбили все вещи: золото, серебро, лошадей, ткани и даже сами одежды, в которые были одеты сопровождавшие его.

  Так как война у них висела на волоске (ибо тахары, разорив большую часть страны мусульман72, расположились лагерем у Аксары73, и крайне необходимо было, чтобы персы сразились с тахарами), то персы назначили Михаила Комнина командиром христианских войск. Но вследствие того, что он находился на чужбине, то считал нежелательным сражаться вместе с мусульманами, потому что, как сам говорил, благочестивая кровь павшего в бою не должна никогда смешиваться с кровью неверных и нечестивых; однако, ободренный Божественной благодатью, он отправился на битву, взяв с собой прирожденное мужество. Отряд войска, которым командовал Михаил Комнин, победил противостоящих ему тахар после того, как Михаил прежде всех бросил копье в грудь предводителя [тахарского] войска, который, как говорили знающие, вскоре и умер от этого удара. Таким образом, тахары были побеждены отрядом под командованием Комнина и сразу же обратились в бегство. Между тем один из знатных мужей в Персии с титулом амирахур (это было высокое звание в Персии), давно замышлявший предательство в отношении своего народа, теперь его осуществил: собрав все свое войско, он перешел к тахарам. А поэтому и ситуация в корне изменилась: те, которые преследовали, — побежали сами и позволили врагам ударить в спину. Многие персы пали, пораженные стрелами тахар. Победители преследовали их на протяжении большого расстояния. В пути Михаил Комнин встретился с самым главным стратопедархом персидских войск, которого персы называют пекларпаком74, они соединились и шли, имея за спиной врагов, которые преследовали их по пятам, в течение многих дней, и они ежедневно сражались. А так как в Кастамоне75 находился дом76 названного пекларпака, то они поспешили добраться до него. Между тем тахары прошли всю страну мусульман. А теперь повествование об этом пусть прервется и вернется к предыдущим событиям, чтобы рассказ о делах истории шел связно.

  Когда император Феодор получил известия о событиях в стране мусульман77, то, думая не об их делах, а больше о своих собственных — ибо немалая опасность угрожала ромейским областям — поспешил возвратиться в восточные пределы. Взяв с собой все ромейское войско, он отправился по дороге, ведущей на восток. В Фессалонике и в западных областях для защиты этой территории он оставил своего двоюродного деда, Михаила Ласкаря, передав в его распоряжение небольшое, охватываемое одним взглядом войско из пафлагонцев, а также войско из скифов, насчитывающее до трехсот человек…

  Таким образом, собравшись вместе, мы решили, что Михаил Ласкарь берет все подчиненное ему войско, ромейское и скифское, уходит из местности около Веррии (ибо там была его стоянка), направляется к Пелагонии78 и там разбивает лагерь. Точно так же [решили], чтобы и скутерий Ксилей взял весь свой воинский отряд, — он был больше всех по численности, — прибыл к Михаилу Ласкарю и, объединившись, разбил лагерь в окрестностях Пелагонии. Ибо место это было удобным для сражения с деспотом Михаилом и сербами, так как мы узнали, что они заключили союз с Михаилом…

Георгий Акрополит  Правитель персов, желая отблагодарить императора, подарил ему город Лаодикию79, в который был введен ромейский гарнизон. Но это продолжалось недолго, и город снова перешел к мусульманам, ибо удержать его под властью ромеев не было никакой возможности80. После того как султан оказался не в состоянии противостоять тахарам, он, посоветовавшись со своими избранными лицами, пошел на переговоры и мир с тахарами, по которому мусульмане с тех пор были обязаны платить им дань и становились их данниками81

  Правитель болгар Михаил, брат его супруги82, который питал большую ненависть к зятю своему императору и ромеям, умер, согласно известию некоторых жителей Триново, от смертельной раны, нанесенной его двоюродным братом Калиманом83, когда он находился где-то за городом. Убив его, Калиман взял себе его жену и решил захватить власть над болгарами. Но в Триново вошел с войском рос Ур84 и забрал свою дочь, супругу Михаила. А Калимана, перебегавшего из одного места в другое, какие-то [люди] убили раньше85

  Между тем первые лица ромейского народа, а именно облеченные гражданской властью и командиры воинских частей вместе с первыми лицами священного чина — ибо среди них были патриарх и некоторые из наиболее известных архиереев — провели обсуждение государственных дел86: кто из них достоин взять управление и лучше других навести порядок, ибо они считали неподобающим, чтобы такая империя ромеев управлялась ребенком, годным только для сбора плодов87 или игры в бабки; напротив, они полагали, что необходимо поставить у руля империи человека, способного спасти корабль ромеев, когда в него дует много неблагоприятных ветров, когда ударяют и сокрушают его идущие одна за другою волны или, проще говоря, когда он находится среди великого волнения и нуждается в прирожденном кормчем, способном одолеть нахлынувшие на него несчастья. Ибо только что прилегающие к персидским границам области были повергнуты в смятение выступившими против персов тахарами, с которыми еще не установили окончательного мира, не заключили соглашения и прочного договора88

  Так как империя ромеев находилась в затруднительном положении, то первые лица государства искали — кто может достойно встать во главе их. Глаза всех обратились на Михаила Комнина89, о котором мы часто рассказывали. Но так как необходимо было спросить и у войска, чтобы попытаться узнать о желании каждого, к кому кто расположен, то опрашивали по народностям и по воинским подразделениям. Первыми спросили ромеев, и все они единодушно, как бы одними устами, сказали, что желают иметь покровителем и попечителем империи Михаила Комнина и что хотят видеть его своим государем. Затем был спрошен латинский отряд, который не замедлил с ответом, а тотчас потребовал назначить Михаила Комнина вождем над всеми. Когда же спросили скифов, то и они не по-варварски, а по-эллински и разумно отвечали и решительно утверждали, что они не знают другого, лучшего [человека], чтобы править всеми, кроме Михаила Комнина…

  Таким образом, войско собралось чрезвычайно многочисленное90, и все они устремились против севастократора Иоанна, родного брата самодержца. Он же (потому что получил хорошие советы от брата-императора) занялся противниками как настоящий полководец. Сам он с войсками, закованными и одетыми в доспехи, занял хорошо укрепленные места, а менее и легко вооруженным воинам, которым легче передвигаться, он приказал сражаться с неприятелем в открытом поле. Среди них были как скифы91, так и турки92, много было и ромеев, [тех], для которых стрельба из лука — занятие более предпочтительное. Нападая на неприятелей, они издалека поражали их стрелами. Нападать на врагов они начали с места, которое называется Борилла Лонгос93

  В это же самое время по Божьему промыслу случилось следующее. Из Венеции в Константинополь приплыл большой трюмный латинский корабль94, и на нем находился новый эксусиаст95, которого они называют “подеста”, муж96, как оказалось, решительный и отважный в битвах, призывавший всех латинян в Константинополе к сражению и советующий им, что “не следует нам находиться только в городе и охранять самих себя и город, а [нужно] предпринимать что-нибудь против ромеев, чтобы они не относились к нам совершенно презрительно”. Он убедил их отправиться на триерах, которые они имели, и на некоторых других судах — лодках и на дромонах — против острова Дафнусий97, чтобы как-то попытаться овладеть им и поживиться на нем добычей. Таким образом, город опустел: в нем остались женщины и дети; он охранялся царствующим в нем тогда Бал-дуином вместе с некоторым количеством людей98.

  Кесарь Алексей Стратигопул99 подошел к Константинополю внезапно ночью100. А так как он имел при себе несколько покинувших ранее город людей и хорошо знающих его, то он, расспрашивая их, узнал, что в городской стене имеется небольшое отверстие, через которое мог бы проникнуть внутрь вооруженный воин; поэтому, совсем не медля, приступил к делу. Сначала через нее проник [один] воин, за ним последовал другой, затем еще один и так до пятнадцати, и вскоре внутри города находилось уже много воинов. Когда же около стены они нашли одного из тех, которому была доверена охрана, то некоторые из них, поднявшись выше и схватив за ноги, выбросили его за городскую стену. Другие же, взяв топоры и сбив запоры с ворот101, открыли войску свободный проход в город. Так кесарь Стратигопул и все бывшие с ним ромеи и скифы102, — а именно из них состояло его войско, — оказались внутри города. Находящиеся там жители были поражены неожиданностью события настолько, что каждый стал заботиться только о собственном спасении. Некоторые побежали в монастыри и одевались в монашеские одежды, чтобы избежать смерти. Женщины укрывались в расщелинах стен и прятались в темных и скрытых галереях, а правитель города Балдуин103 бросился в Большой дворец.

 

ЭПИТАФИЯ ПРОСЛАВЛЕННОМУ
ИМПЕРАТОРУ ИОАННУ ДУКЕ

  Чем удивительно и исключительно деяние Ноя? Разве не спасением ковчега во время вселенского потопа? А у него разве ковчег не больше и не удивительнее: вся земля ромеев была спасена из всемирного и уносящего все водоворота. И разве у него чистые, законные порождения не превосходят по числу нечистые; разве он не превратил одновременно множество нечистых в чистых; разве он не спас их от потопа телесного, а тем более от духовного? Разве вы не видите великое множество скифов? Он их сам освободил от ожидаемого бича врагов и снял позор с души крещением в купели. И они теперь овцы Христа, прежде бывшие волками, приведенные ради спасения на злачные места под власть первого и главного пастыря Христа, и собаки лаяли во время движения их животных по уделу владыки104.

(Перевод и комм. П.И. Жаворонкова. С. 55-58, 62, 66, 72, 74, 77-81,
104-110, 114-116, 118, 122, 124-125, 130, 135, 148)

 

Георгий Акрополит: Хроника

Дата публикации: 13.03.2019 г.

 

в раздел

 

КОММЕНТАРИИ

1
Византийский император Исаак II Ангел (1185—1195) вторым браком был женат на дочери венгерского короля Белы III (1172-1196) Маргарите (в нач. 1186). Имя первой жены неизвестно.

2
Имеется в виду Болгария — государство, основанное в 680-681 гг. между Дунаем и Балканами.

3
Василий II Болгаробойца (976-1025).

4
Т.е. с 1018 по 1185 г. Болгария была под властью Византийской империи.

5
Восстание болгар началось в октябре-ноябре 1185 г.

6
Иван I Асень (1186-1196), один из трех братьев Асеней, ставший с 1186 г. царем-правителем Второго Болгарского царства.

7
Балканский хребет.

8
Р. Дунай.

9
“Скифами” Акрополит называет куманов (половцев). Толкование этнонима в данном случае как славянского ошибочно, хотя русский этнический элемент мог присутствовать среди половцев под названием “тавроскифы” (Литаврин 1999. С. 353-362).

10
Имеется в виду четвертый поход Исаака II летом 1190 г.

11
Совр. г. Несебр в Болгарии, на берегу Черного моря.

12
Совр. г. Велико-Тырново — будущая столица Второго Болгарского царства.

13
Через Балканский хребет к Верое (Борую).

14
Где-то в Тревненских горах.

15
Разбит был только обоз и середина войска. Исаак II и его брат Алексей с остальным войском спаслись.

16
Калиптры, украшенные жемчугом и драгоценными камнями.

17
Историческая область на Балканском п-ове, к западу от Фракии.

18
Совр. г. Эдирне в Турции.

19
Совр. г. Пловдив в Болгарии.

20
На самом деле с самим дожем Венеции — Энрико Дандоло.

21
Военная хитрость половцев состояла в нападении на врага малыми силами с последующим быстрым отступлением, заманивавшим противника в засады и ловушки, когда в бой вступали свежие силы половецкой конницы. Их обычная численность — 10-14 тысяч всадников.

22
В битве под Адрианополем 14 апреля 1205 г. пало 7 тысяч участников IV Крестового похода.

23
Латинский император Бодуэн (Балдуин) I (1204-1205) был отправлен в плен в г. Тырново, где вскоре и умер (был убит?).

24
Речь идет о болгарском царе Калояне (1197-1207), отправившемся против г. Фессалоники в сентябре 1207 г.

25
Калоян умер (или был убит) 8 октября 1207 г. Возможное убийство связывают с кознями его жены-куманки.

26
Легенда о св. Димитрии — защитнике г. Фессалоники.

27
Имя жены-куманки — Мария.

28
Борил (1207-1218).

29
Т.е. вдову Калояна.

30
Юный Иван Асень и его младший брат Александр были отправлены к половпам, а оттуда на Русь, скорее всего, в Галицкое княжество.

31
После возвращения из Руси в Болгарию в 1218 г. Александр помогал старшему брату Ивану.

32
Иван Асень прожил в Галицком княжестве (или в Киеве?) десять лет — с 1207 по 1217 г.

33
Могут иметься в виду Галицкие беглецы, “выгонцы”, т.е. бояре, изгнанные из Галицкой Руси в Понизовье в нач. XIII в. князем Романом Мстиславичем (Пашуто 1950. С. 169).

34
Ошибка Акрополита: осада Тырнова имела место в 1217—1218 гг.

35
Феодор Дука Ангел — правитель Эпирского царства (1215-1230), с 1224 г. — император Фессалоники, заключивший в 1228 г. договор с Иваном II Асенем.

36
9 марта 1230 г.

37
Речь идет о 1237 г., когда половцы большими силами вторглись в Болгарию. Акрополит упоминает и о разгроме половецкого (и русского) войска в битве с татаро-монголами на р. Калке в 1223 г. под командованием хана Батыя.

38
Совр. г. Энез в Турции.

39
Совр. г. Галлиполи в Турции.

40
Союз с половцами Бодуэн II заключил во время прохождения войска по территории Венгрии и Болгарии в конце 1239 г.

41
Весной-летом 1240 г.

42
Иван II Асень умер в 1241 (или 1242) г., когда Болгарией стал править семилетний Калиман Асень (1241/42-1246) под управлением регентов. Император Иоанн — василевс Иоанн III Дука Ватац (1221-1254), противник Феодора Дуки Ангела Комнина.

43
Половцы, расселенные в 1239 г. с согласия короля Белы IV в Венгрии. Но после того, как хан Котян и многие его полководцы были там перебиты, 40-тысячная орда пошла в Болгарию и далее на юг. В 1241/42 гг. расселены во Фракии и Малой Азии, составив мобильные отряды конницы.

44
Весной 1243 г.

45
Т.е. татары (татаро-монголы).

46
26 июня или 2 июля 1243 г. войска иконийского султана Гияс ад-Дина Кай-Хосрова II (1237—1246) потерпели поражение от татар.

47
Сын Иоанна III Дуки Ватаца, будущий император Никейской империи Феодор II Ласкарь (1254-1258).

48
Пиги – город на северо-западе Малой Азии.

49
Гияс ад-Дин Кай-Хосров II.

50
Изз ад-Дин Кай-Кавус I (1211-1219), султан, правивший из столицы — г. Икония в центре Малой Азии (совр. Конья).

51
Г. Багдад.

52
Осень 1255 г.

53
“Булавоносцы”. Возможно, часть варяжской (варяго-русской) дружины византийского императора.

54
На северо-западе от болгарского г. Хасково.

55
Куманов-половцев.

56
Посольство к султану Иконии Кай-Кавусу II, вернувшееся в Нимфей весной 1256 г.

57
Михаил II Асень (1246-1256).

58
Восточная Фракия.

59
Совр. р. Ергене в Турции.

60
Мануил Ласкарь и Константин Маргарита, византийские полководцы.

61
Совр. г. Баба Ески в Турции.

62
Т.е. ок. 75 км.

63
Т.е. “русского князя”, а именно Ростислава Михайловича, сына черниговского князя Михаила Всеволодовича (1179-1246). Перед взятием Киева монголами (6 декабря 1240 г.) Ростислав и Михаил бежали в Польшу. Ростислав некоторое время правил в Чернигове (1242), затем ушел в Венгрию.

64
Болгаро-венгерские отношения с 1246 г. были враждебными. Чтобы их улучшить, 18-летний Михаил в 1255 г. взял в жены 12-летнюю дочь Ростислава Михайловича, внучку венгерского короля Белы IV Марию.

65
После бегства в Венгрию Ростислав Михайлович вскоре (1243/44) женился на Анне, дочери короля Белы IV.

66
Ростислав Михайлович был также родственником императора Феодора II Ласкаря, т.к. женой русского князя была двоюродная сестра императора по материнской линии.

67
Иоанн III Дука Ватац (1222-1254).

68
Мирный договор июня 1256 г.

69
Михаил Палеолог, будущий император Михаил VIII (1259-1282).

70
Туркменские кочевые племена или огузы в Малой Азии. Их число увеличилось в 1230-е гг. после завоеваний Чингис-хана в Средней Азии.

71
Известен радушный прием Михаила Палеолога султаном Кай-Кавусом II в Иконии летом 1256 г.

72
Речь идет о вторжении в Иконийский султанат большого монгольского войска Байджу-нойона, посланного в 1256 г. ханом Хулагу.

73
Совр. г. Аксарай в Турции.

74
Т.е. бейлербеем (командующим сельджукским войском). Здесь — бейлербей провинции Кастамону Эмир Данишмендийя Шамс ад-Дин Тавташ (или Явташ).

75
В восточной Пафлагонии (тур. Кастамону).

76
Замок или крепость.

77
Во второй половине октября 1256 г., так как Феодор II Ласкарь находился в Фессалонике до 23 октября.

78
Веррия и Пелагония – города недалеко от Фессалоники.

79
Совр. г. Денизли в Турции.

80
Феодор II Ласкарь опасался как туркоман, так и татаро-монголов.

81
При посредничестве татаро-монгольского хана Хулагу происходил раздел султаната между братьями: Изз ад-Дин Кай-Кавус II получает большую часть земель от Кесарии до Атталии со столицей Иконием, а Рукн ад-Дин Кылич Арслан IV избирает столицей Токат.

82
Болгарский царь Михаил II Асень, сын Ивана II Асеня, был сводным братом Елены, жены Феодора II. Матерью Михаила II была Ирина Комнина, дочь Фессалоникийского императора Феодора Комнина, а Елена родилась от второго брака Ивана II с Анной-Марией.

83
Калиман был сыном севастократора Александра. Причины убийства Михаила II в конце 1256 г. точно не известны.

84
Т.е. бывший русский князь, ставший банном Мачвы и зятем венгерского короля, Ростислав Михайлович, который, возможно, в конце 1256 г. пытался утвердиться на болгарском престоле, но не был поддержан боярами.

85
В самом конце 1256 — нач. 1257 г., до появления в Велико-Тырново Ростислава Михайловича.

86
В конце августа 1258 г.

87
Опекуном малолетнего императора Иоанна IV Ласкаря был назначен Михаил Палеолог, ставший затем императором Михаилом VIII (1259-1282).

88
В ответ на татарское посольство 1258 г. Феодор II Ласкарь отправил послов в Каракорум. Но результаты его были еще неизвестны.

89
Михаил (VIII) Палеолог.

90
В 1259 г.

91
Здесь могут иметься в виду не только половцы-куманы, жители Малой Азии и Фракии (с 1240/41 гг.), но и отряд из Венгрии.

92
Сельджуки.

93
Где-то севернее г. Кастории в совр. Греции.

94
В 1261 г.

95
Иноземный правитель.

96
Марко Граденико.

97
Совр. о. Кефкен (Турция).

98
Бодуэн II.

99
Алексей Стратигопул – командующий войском при отвоевании столицы у латинян.

100
Никейское войско подошло к Константинополю 24 июля 1261 г.

101
Ворота Пиги (“Источник”), севернее Золотых ворот.

102
Согласно Георгию Пахимеру, именно куманский отряд оказался наиболее дисциплинированным, в то время как византийские войска стали грабить дома константинопольцев.

103
Латинский император Бодуэн II в этот момент находился во Влахернском дворце, откуда быстро перебрался в Большой императорский дворец. Константинополь был отвоеван 15 августа 1261 г.

104
Речь идет о половецких вторжениях в Византию в 1230-х гг. под натиском татаро-монголов. Ватац сумел привлечь куман на свою сторону, крестил и около 10 тысяч человек поселил во Фракии и Македонии, а также в Малой Азии — во Фригии и на Меандре.

 

ГЕОРГИЙ АКРОПОЛИТ

 

Лого www.rushrono.ru

Поделиться: